Второгодка. Книга 7. Час гнева

Если и существует в этом мире что-то по-настоящему постоянное, то это бесконечные перемены: всё движется, всё становится другим, и в одну и ту же реку не зайдёшь дважды.

Передо мной оказался Чердынцев и уверял, что всё изменилось. Впрочем, на вид он был ровно таким же, как и при нашей последней встрече. Да и времени прошло немного, и событий между нами случилось не так уж много. Но, похоже, где-то всё-таки случился сбой.

— Так что именно изменилось? — я вопросительно кивнул. — Рад видеть вас целым и невредимым. А то мне уже всякая ерунда в голову лезла.

Чердынцев стоял в коридоре моей квартиры — в пальто, с руками, спрятанными в карманах.

— Что-то ты не слишком убитый горем, — усмехнулся он.

— Правда? — усмехнулся я в ответ. — Значит, неплохо притворяюсь.