Игорь Гофман был прав

Первое воспоминание рассказчика — не тёплый лучик солнца на руке, а жуткая дощечка с костями, перьями и копотью вместо икон. С тех пор его жизнь — череда паранормальных встреч: летающая женщина с леденящей песней, человек с четырьмя шишками на голове, существо за кулисами из штор, которое затягивает в себя целые толпы. Шрам на ладони пульсирует в такт призракам, а мир то и дело проваливается во тьму, где исчезают звёзды, свет и само «Я».

Герой пытается спастись ритуалами, водкой, работой в бригаде демонтажа (где каждая старая квартира таит под обоями сигилы или кошмары). Но настоящий поворот наступает, когда он находит ключ и отправляется к единственному, кто его понимал, — картавому Ажавому, утверждавшему, что его преследуют призраки.

Игорь Гофман был прав: наша жизнь — театр, маски, занавес и сцена. Только за кулисами этого театра не актёры, а пожирающая бездна, а «призрак» — это не дух, а растянутая на годы цепь боли и сожалений, которая правит судьбой. Финал переворачивает всё, что вы читали: шрама больше нет, а тот, кто сидел за столом и писал, оказался… впрочем, это лучше узнать из последних страниц.

Мрачный, вязкий хоррор о том, что случается, когда чужая душа застревает в твоей памяти, а единственный способ освободиться — признать, что никакого «Я» не существует, есть только роль.